Т
А
Б
Л
И
Ц
Ы



МАТЧИ
Норвич
Вест Хэм
Борнмут
Кристал Пэлас
7 мая, Вс Премьер Лига
Норвич
Юнайтед
0
1
Игра команды:
Игрок матча:
Хуан Мата (8.22)
10 мая, Ср Премьер Лига
Вест Хэм
Юнайтед
3
2
Игра команды:
Игрок матча:
Антони Марсьяль (8.50)
17 мая, Ср Премьер Лига
Юнайтед
Борнмут
3
1
Игра команды:
Игрок матча:
Майкл Кэррик (8.92)
21 мая, Вс Кубок Англии
Кристал Пэлас
Юнайтед
1
2
Игра команды:
Игрок матча:
Уэйн Руни (7.93)
СТАТЬИ И ИНТЕРВЬЮ
Быстрый переход
Текст материала
Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]
Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Сокрушая «непобедимых»

Футбольный матч можно выиграть по-разному, и бывало, что даже технически одарённый «Манчестер Юнайтед» полагался на грубую силу. Физическая мощь – неотъемлемая часть игры, хотя некоторые, в частности «непобедимый» «Арсенал», в этом не признавались.

Те «канониры» были по-настоящему крутой командой, но их поведение часто меня раздражало. Они считали, что их великолепие должно было всех нас ослеплять. Окей, но я не планировал сдаваться. Мы не собирались любоваться их игрой – мы планировали их остановить.

В свой последний сезон в «Астон Вилле» Робер Пирес жаловался на то, как я его достал. По его словам, я делал подножки, оскорблял его и донимал. «Я больше думал о нём, чем о футболе». Как приятно мне было это слышать, вы бы только знали.

А чего он хотел? «Арсенал» был силён: Пирес и Эшли Коул слева, Анри изнутри. Для того, чтобы выжить, приходилось идти на самые разные уловки. Особенно когда в октябре 2004-го «Арсенал» приехал на «Олд Траффорд» в надежде добиться пятнадцатой игры без поражения.

Нам было нелегко. В сезоне 2003/04 у нас отобрали чемпионство. Они не проиграли ни одной игры – мы проиграли девять. В итоги мы финишировали на третьем месте за «Челси».

Благодаря победе над «Миллуоллом» в Кардиффе мы завоевали Кубок Англии (который как следует отметили по настоянию босса), что было поводом отпраздновать. Трофей есть трофей, и многие убили бы за возможность быть на нашем месте. Впрочем, даже после возвращения Уэйна Руни после травмы было очевидно, что мы сдавали, и фанаты нам нещадно об этом напоминали.

Так что, сами понимаете, нам было что доказывать, когда к нам постучались «непобедимые». Мы не могли допустить ещё одного унижения. Мысль о том, что «Арсенал» добьётся пятидесяти матчей без поражения благодаря нам, не давала нам покоя. В итог тот матч запомнили все, а в анналы истории он вошёл, как «пиццагейт» или «Битва за буфет».

Это был единичный случай, когда меня обвинили в жестокой игре. Так что сразу проясню: за двадцать лет тренер ни разу не просил меня фолить на ком-то. Я даже не знаю, бывает ли такое, что тренеры просят ломать соперника. Всё, что нам сказали, это жать соперника и дать им понять, что мы будем биться.

Босс справедливо считал, что слишком многие просто позволяли «Арсеналу» победить. Нет, они были великолепны, спору нет, особенно по части техники. Но они были не совершенны, и главным их минусом была неспособность признать, что футбол мог быть игрой жёсткой. У «Арсенала» 1998-го такого не было. «Непобедимые» были невероятно техничны, но слишком нежны.

«Дайте им играть – и они вас уничтожат», - наставлял босс перед матчем.

«Им надо противостоять. Это футбол. Вы можете делать подкаты. Никто не подкатывается под них, но вы уж постарайтесь. Мистер Пирес и мистер Анри знают, что будет сложно. Этот матч будет особенным».

Он не просил нас переборщить. Не просил кидаться двумя ногами вперёд. Никто не хочет получить красную. Такое деструктивное поведение было не к чему. Но мы знали, что они ненавидели борьбу на втором этаже, и поэтому постоянно её навязывали.

Я должен был «съесть» Антонио Рейеса. Я думал так: он был быстрый, техничный вингер. Если я буду стоять и ничего не делать, он просто оставит меня в дураках. Он техничнее, быстрее. Я должен делать подкаты, навязывать игру. Как боксёр, я решал, когда нанести удар, а когда переждать. Я мог пытаться перехватить мяч, но я понимал, что жёсткая игра была лучшим вариантом. Я должен был заставить его потерять уверенность. Я знал, что у него взрывной характер. Я должен был воспользоваться его слабостью.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Кто-то говорит, что я переборщил. Как? Рейеса заменили на семидесятой минуте, и потому, что он боялся за своё здоровье. Я ногу ему не отгрыз. Да, в первом тайме я его опрокинул. Было неприятно, но такое десяток раз за сезон делает любой защитник. Лучше сфолить ближе к центру, чем рисковать у себя в штрафной.

Говорят, мы накинулись на Рейеса, но столкновение Фила с ним было игровым моментом. Он опоздал и оттолкнул Рейеса, что было довольно легко. Не буду говорить, что мы не хотели его припугнуть, но дело в том, что он был довольно боязливым сам по себе. Криштиану Роналду постоянно сталкивался с такой игрой – до тех пор, пока защитники не поняли, что он их не боялся, а только раззадоривался. Такая отвага – признак великого игрока. Спросите Диего Марадону или Пеле – они не боялись ударов. Рейес не мог вынести жёсткой игры, что повлекло его скорую продажу в Испанию. Он был техничен, но недостаточно хорош, чтобы выдержать АПЛ.

Да, «Арсенал» был хорош, но психологически у них были точки надлома. Да и сейчас ситуация не сильно изменилась. Венгер всегда любил жаловаться на жёсткую игру, но на самом деле он просто обижен, что его подопечные неспособны дать бой. Как-то он назвал Даррена Флэтчера «антифутболистом», что просто смешно.

Жёсткая игра – часть футбола, и наш босс всегда об этом помнил. Мы на «Олд Траффорд» всегда поражались нытикам, которые сетовали на грубый подход «Стока» или «Блэкберна». Все, кто не может принять жёсткость, демонстрирует слабость. Со времён Нобби Стайлза и Эрика Харрисона мы помнили о том, что надо уметь за себя постоять. За нас играли откровенно жёсткие футболисты вроде Спарки или Кино с Батти, но вообще вся команда всегда могла ответить на грубость грубостью, когда надо. Знаете, сколько раз на Гиггзе нарушали правила? Он никогда не жаловался и позволял подмять себя. Он не позволял этого и тренер этого не позволял. Посмотрите, как он ответил на подкат Ли Бойера – он ясно дал понять, что нас не запугать.

Всех можно переиграть, но мы не могли понять, как можно сдаться из-за грубой игры. Ранние игры против «Ювентуса» были показательны; «Арсенал» 1998-го и «Челси» Моуринью были большими и мощными. Одной мощи мало, но недооценивать её нельзя.

Надавите на «непобедимых», и они оскорблялись. Они будто считали, что их красивая, бесподобная игра в пас должна была вызывать восторг у соперника. У них всех была звёздная болезнь. Анри будто хотел сказать: «да как ты смеешь меня останавливать».

В «Юнайтед» примадонн не любят. Нас пинали, мы поднимались – и вновь в бой. Посмотрите, как Роналду отбросил свои истерики – это наша школа. Мы сделали его сильнее.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


В итоге мы переиграли «Арсенал» 2:0 во многом благодаря сомнительному пенальти после того, как Уазза наткнулся на ногу Сола Кэмпбелла. Но победу мы заслужили. Их реакция после матча создала впечатление, что «канониры» состояли из нытиков и балерин, неспособных дать бой и признать поражение.

Я не спешил покидать поле, наслаждаясь невероятной атмосферой стадиона. Внезапно из гостевой раздевалки вылетела пицца и приземлилась прямёхонько на нашего тренера, размазав по его пиджаку помидоры и пепперони.

Видимо, суматоха разразилась в комнате с угощениями, но я пропустил всё веселье. Когда я добрался до раздевалки, наши уже вооружались съедобными снарядами. Но битву остановил тренер.

Можете представить, как все ждали нашего приезда на «Хайбери», и матч не разочаровал. В тот раз битва разразилась ещё до начала матча.

Судя по всему, в туннеле меня поджидал Патрик Виейера. Он накинулся на меня откуда не возьмись:

«Невилл, сегодня ты никого пинать не будешь».

«Ты вообще о чём? Парень, остынь. Игра ещё не началась».

Тут он накинулся на меня, но нас разнял полицейский.

В раздевалке я сел рядом с Роем и всё рассказал: «[censored], Виейра только что набросился на меня в туннеле».

И тут Рой с катушек сорвался. Он и так не любил Виейра, но это было последней каплей. Когда мы вышли в туннель перед игрой, я опять попал под прицел. Полицейский вновь попытался нас унять, но тут всё увидел Кин:

«Ты, Виейра, иди со мной поговори».

Тут Вийейра начал брызгать в него водой из бутылки. Это окончательно взвинтило Роя.

Да, мы все взрослые люди, и теперь мы не только бросались пиццами, но и поливали друг друга водой. За такое отчитывают детей, но наши нервы были на пределе, и мы не могли просто молчать.

Кино серьёзно разошёлся. Грэм Полл и другие судьи попытались всех успокоить, но Рой решил как следует отчитать француза. Он прошёлся по его зарплате, по тому, как тот всегда твердил о благотворительности в Сенегале, но играл за Францию.

Когда пришло время жать друг другу руки на поле, я посмотрел ему прямо в глаза. В «Юнайтед» никого нельзя запугать.

«Арсенал» не смог напугать нас даже ранним голом. Эшли Коул подбежал ко мне с криками – они были нереально заряжены на ту игру.

Но это ерунда – победа в итоге получалась ещё более приятной. Даже несмотря на удаление Микаэля Сильвестра за двадцать минут до конца мы переиграли их со счётом 4:2. Как им, наверное, было обидно! Мне кажется, они проиграли ещё до начала поединка. Заряжаться на игру – нормально, но они перегнули палку.

И я порой срывался, но, что бы там не утверждал Рейес, никогда не был грубым игроком. В феврале 2001-го мне показали красную на манчестерском дерби за удар головой Стива Макманамана, хотя я даже не думал его трогать.

Дело было так: Стив накинулся на меня с обвинениям в нырке в штрафной «Сити». Мы друзьями не были, и я был уверен, что он боднёт меня, как любят поступать многие футболисты. Я решил толкнуть его первым, но он резко передумал, и выглядело так, будто я на него накинулся. Рефери не виноват, да и без разницы – игру-то мы выиграли.

Да, «Юнайтед» порой терял голову, но нас всегда несправедливо обвиняли в жёсткой игре. Это не так, и статистика это подтвердит. Бывали непростительные моменты, например, когда мы накинулись на Энди Д'Урсо. Мы были не правы, и тренер дал нам это понять.

Так или иначе, невозможно не потерять голову, когда постоянно играешь на высоком уровне. Все хотят идеально чистой игры, но это напряжённый спорт, а футболисты хотят сражаться за каждый кусочек поля. Молодым особо тяжело сдерживаться, ведь им кажется, что они сражаются против всего мира. Иногда теряешь голову, а потом об этом жалеешь.

Уверен, многие рефери не жаловали молодого меня. Я был болтлив и часто высказывался слишком жёстко. Когда гол Пауло ди Канио выбил нас из Кубка Англии в 2001-м я, как и все, увидел километровый офсайд. Я подбежал к рефери и обвинил его в позорном решении. Я не мог поверить, что офсайда никто не увидел, и впоследствии меня дисквалифицировали на два матча и оштрафовали на 30 тыс. фунтов. Дикая сумма, которую после апелляции сократили до 7 тыс.

Так или иначе, я перестал докучать судей, особенно когда стал капитаном. Да и сами рефери стали заметно лучше, особенно после того, как откровенно ужасные ушли на пенсию.

В наше время игроки никогда не забывают, что за ними пристально следят камеры, которые могут подхватить любой инцидент. Не удивлюсь, если в итоге игрокам и вовсе запретят говорить с судьями, что может и не было бы такой плохой идеей. Слишком тяжело на поле мыслить чётко, особенно в пылу боя.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Бывало, что «Юнайтед» ссорился с рефери, но мы никогда не грубили и не нарушали правила. Мы были честны, хотя многие любили перекручивать правила и искать лазейки. Все мы ищем способы схитрить. Меня откровенно умиляла буря в СМИ, когда стало известно, что Бэкс специально получил жёлтую в матче за Англию. Многие так делали, даже я. Когда впереди большая игра, многие хотят обезопаситься. Только наивные считают, что такое моменты – исключения.

Некоторые игровые моменты подразумевают определённую хитрость. Защитник, который осознаёт, что упустит игрока, может упасть от легчайшего толчка в надежде на штрафной. Нападающие упадут при малейшем намёке на пенальти. Это не откровенные нырки, но если есть шанс, многие упадут. Я буду лицемером, если назову таких игроков нечестными футболистами.

Это становится нормой, как и протесты против решений, даже если они верные. «Офсайд, рефери!» все кричат, даже если там офсайда и в помине не было. Такое случается везде – в крикете, в регби.

Чем выше команда взбирается, тем больше цепляется за каждую ниточку. Можно верить, что если ты не давишь на рефери, то и соперник не будет, но футбол далеко не всегда так честен. Главное – победа.

Капитан

Пока мы с «Арсеналом» грызлись, «Челси» обходил нас обоих. В 2004-м на «Стэмфорд Бридж» пожаловал Жозе Моуринью в своём пальто и своей харизмой. Он называл себя «особенным», но игра «Челси» и правда была хороша.

Меня никогда не напрягал Абрамович с его миллионами. «Юнайтед» не боялся новых выскочек, даже таких сильных, как «Челси» с Дидье Дрогба, Лэмпардом, Дамьеном Даффом и Арьеном Роббентом. Пожалуй, это был лучший их состав.

У них был великолепный тренер и отличные игроки, и мы смирились, что богатства Абрамовича создали нового конкурента. Но мы особо не переживали. Деньги не могли купить историю, традиции, фанатов и престиж. И это никогда не изменится.

Питер Кеньон так не считал. Он перебрался с «Олд Траффорд» на «Стэмфорд Бридж» и не затыкался о том, как лондонцы станут лучшей командой мира. Чушь полная.

Они прогрессировали, о чём свидетельствовала лишь она проигранная игра за дебютный сезон. Когда они приехали на «Олд Траффорд» в роли чемпиона, вы выстроили почётный коридор. Это было правильное решение, но мне было тяжело смотреть, как наш кубок достался другим. Я уважаю любого чемпиона, но всегда тяжело принять, что не мы стали первыми.

Впоследствии все начали комментировать то, как жалко я выглядел. Будто я аплодировал ворам, которые обчистили мой дом. Да так и было – это наш трофей.

После «непобедимых» и «Челси» Моуринью мы впервые за десять лет провели больше одного сезона без чемпионства. Вскоре два сезона перерастут в три. В Европе нас ждал очередной провал – в первом отборочном раунде нас выбил «Милан». В Кубке Англии мы в финале уступили «Арсеналу» по пенальти. Мы были ранены, а хищники окружили со всех сторон.

Болельщики теряли веру в нас и предсказывали эпоху «Челси». Сложно винить их – мы задали высокую планку стандартов, до которой сами же не дотягивали.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Это были, как я их называю, годы Джемба Джемба. Были проблемы с голкиперами. Бартез отправился на аренду после очередной ошибки, и мы не могли выбрать между Роем Кэроллом и Тимом Говардом. Оба они могли успешно заменять основного голкипера, но на нового Шмейхеля не тянули. Как и Джемба Джемба, разочаровывали и Клеберсон, Форлан, Давид Белльон и Лиам Миллер. Все они – хорошие футболисты и люди, но они попросту не могли играть в команде такого уровня. Я не злюсь на них – скорее сочувствую.

Никто не сомневался, что Криштиану Роналду вырастет в суперзвезду, но ему требовалось время, и только через пару сезонов он по-настоящему раскрылся. Все мы увидели огромный потенциал в нём ещё с той самой первой игры против лиссабонского «Спортинга». Я был тогда травмирован, но и по телевизору было прекрасно видно, что талант он был необъятный. Клуб не мог упустить такого игрока, но ему было всего 18, и ему предстоял сложный период адаптации к новой культуре и новому языку.

Мы приобрели Уаззу – лучшего молодого англичанина. Он превосходно дебютировал против «Фенербахче», отметившись хет-триком. Опять же, как бы талантливы ни были наши ребята, фанатам всё равно было мало. Одно разочарование за другим, болельщики теряли терпение. Это и понятно: мы сами приучили их к другим результатам.

Не каждый мог так просто увидеть, как далеко пойдёт тот или иной игрок. Менеджер видел потенциал Руни и Роналду или талант Даррена Флэтчера. На тренировках видел его и я. Но с трибун в глаза бросалось другое – ухудшающаяся игра и всё большее отставание от синих.

Брат тоже чувствовал весь этот негатив, и летом 2005-го решил, что с него довольно. Слишком часто его не ставили на важные матчи – он даже не попал в число 16 игроков на финал Кубка Англии. Уже несколько лет он копил в себе злость и разочарование. Да, он выходил на поле по тридцать раз, но действительно решающие матчи всегда проходили без него. Он хотел больше играть, и до него дошли слухи о том, что неплохие клубы и тренеры, среди которых Дэвид Мойес с «Эвертоном» и Стив Макларен с «Мидлсбро», были в нём заинтересованы. Стали появляться слухи о том, какое его ждёт будущее, и ситуация только усложнялась. Устал и я, поэтому как-то я просто посоветовал ему позвонить тренеру и прямо обо всём поговорить.

- Босс, мы можем зайти?

Через полчаса мы пили чай в его гостиной. Это – единственный раз, когда я был у него дома, будучи игроком «Юнайтед».

Босс времени не терял: «Фил, я не хочу тебя продавать, но если ты жаждешь играть в основе, я не буду тебе мешать, если нам предложат достойную сумму».

Уверен, что все понимали, что время пришло, а «Эвертон» сделал Филу отличное предложение. Ему понравился Мойес. Это был хороший клуб с потенциалом. Мы понимали, что это правильный шаг для Фила, как и то, что всем будет его недоставать.

Я тосковал по небольшим ритуалам. Мы вместе сидели перед играми и обсуждали предстоящую игру. Это успокаивало, придавало уверенности. Было грустно с ним прощаться, но я радовался тому, что целые десять лет провёл с ним и друзьями Бэксом, Батти, Гиггзи и Скоулзи.

Странно это – Невиллу ехать в Мерсисайд на работу. За свою жизнь мне не приходилось привыкать к новой обстановке, к незнакомым футболистам и методикам. Сам Фил, впрочем, проблем не испытывал, и вскоре стал капитаном.

Я уважаю Фила, особенно за то, с каким остервенеем он отдался «Эвертону». Все сомнения в его преданности были развеяны после того, как он столкнулся с Роналду на «Гудисон Парке». Я хотел, чтобы мы победили, но восхищался его профессионализмом. Как и всегда, он был готов отдать всё ради команды.

Может Фил и был раздосадован, но это были цветочки по сравнению с тем, что испытывал Рой. Даже в лучшие годы он не мог терпеть поражения. Теперь он был в бешенстве.

В «Юнайтед» я знал двоих Роев. Не знаю, когда один превратился в другого, но эту перемену заметили все.

Перемена не касалась его выступлений на поле. Началось всё с того, что он понял, что надо больше за собой следить. Он начал меньше пить, стал следовать диете. Благодаря упражнениям и йоге он стал настоящей машиной.

Он вдохновлял – и не только своей игрой, но и желанием быть лучше даже тогда, когда он казался идеалом. Я любил заниматься вместе с ним, потому что это побуждало меня работать ещё усерднее.

Изменился он и за пределами поля. В первые четыре-пять лет я редко разговаривал с ним – разве что пару слов до или после игры. Теперь же мы с Оле и Гиггзи могли детально обсуждать с ним прошедшую игру, комментарии СМИ и другие мелочи. Роя всегда было интересно и полезно слушать. Находиться с ним было так же сложно, как играть против него. Скажи что-то необоснованное, и он первый отчитает тебя. Он не любил ленивое мышление.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Впрочем, чёрная полоса Роя в клубе произошла именно по его вине.

Никто не хотел разрыва – ни он, ни клуб. Но проблемы было не избежать – она назревала в раздевалке уже долго, и рано или поздно всё вышло бы наружу.

Многие молодые ребята – Рио, Руни, Флэтчер и О’Ши – восхищались Роем, но не знали, как к нему подойти. Рой в этом не виноват. Десять лет я провёл в его компании, и за это время я привык к него прямолинейности и научился вовремя давать задний ход. Молодые же на цыпочках вокруг него ходили. Они его боялись, и это логично.

Постепенно приближался момент смены поколений. Это естественно – таким образом я, Скоулзи, Гиггзи и Батти сменили Инса, Хьюза и других звёзд, которые нас поначалу пугали. Молодым надо позволять раскрываться и высовываться из своего панциря. Сложно было понять, когда произойдёт этот разлом – пока по клубному телевидению MUTV не показали ту печально известную программу.

В программе Play the Pundit должен был участвовать я, но мы с Роем были вместе травмированы, и в итоге поменялись. Рою предстояло говорить о последнем наше матче, который закончился поражением со счётом 4:1 от «Мидлсбро». Мы вновь пропустили «Челси» вперёд, и Рой был всерьёз настроен высказать всё, что он думал.

Утром понедельника мы вместе приехали на стадион. В раздевалке были только мы одни.

Рой был настроен серьёзно. Он был в бешенстве и всю вину списывал на молодёжь, которая, по его мнению, играла недостаточно хорошо. Он видел, как они резались в PlayStation, и не понимал, о чём они думали. Он не мог позволить себе пару сезонов «перестройки». Фраза «переходный период» была под запретом в его присутствии.

Рой и раньше использовал MUTV для того, чтобы высказаться. Он жаловался на партнёров и до этого, но в этот раз он перегнул палку – и босс с Дэвидом Гиллом запретили показ программы.

В течение нескольких часов история просочилась в СМИ, и когда вся команда, кроме нас с Роем, улетела в Лилль на ЛЧ, разразился скандал. Все газетчики пытались угадать, что же такое он наговорил. Тренер всегда гордился тем, как едины его подопечные, как любые трудности и сложности остаются внутри клуба и не перемалываются журналистами. Слова Роя только озвучили всё то, что кипело внутри фанатов, которые объединись под его знаменем в своём разочаровании командой. В итоге мы проиграли со счётом 1:0, а стадион распевал «Один Рой Кин».

Назревал раскол.

Дома Рой провёл несколько бесед с ребятами. Не слышал, чтобы кто-то предъявлял ему претензии.

Тренер позвал всех в свой офис, чтобы обо всём переговорить. Пришли все, и помещение набилось под завязку. 20 ребят сидели на стульях и на столе и пытались втиснуться, как могли. Мы посмотрели запись интервью. Рой утверждал, что многие его слова вырвали из контекста и раздули. Босс заявил, что его выступление было не тем, в чём нуждалась команда в период кризиса.

Одно дело, что он говорил, по его мнению, правду. Другое – в том, что «правда» была записана и просочилась в СМИ. Клуб и так переживал нелёгкие времена, а теперь Рой разозлил и фанатов, и товарищей.

Вскоре начались дискуссии, которые переросли в скандалы и очень, очень оживлённые споры. Я быстро понял, что для него не было пути обратно. Он был тренером и сам теперь понимает, что это было так.

Он был собой, и был готов умереть за право говорить то, что хочет. Он высказался и был готов принять последствия, какими бы они ни были.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


На протяжении нескольких дней всё вроде бы улеглось, к тому же мы переиграли «Челси», что на какое-то время угомонило болельщиков. Но тишина была обманчива. Рой и тренер не разговаривали друг с другом, и так продолжаться не могло.

Рой готовился играть со мной в играх за резервы, но в последний момент ему не дали играть. Тогда и он понял, что конец был близок.

На следующей день босс собрал всех на тренировочном поле – даже тех, кто, как я, был травмирован. Он отвёл меня с Форчуном в сторонку и сообщил, что Рой покинул клуб.

- Неужели не было другого выхода? – спросил я.
- Да, мы поговорили и сошлись на том, что так будет лучше для всех.

Рой покинул клуб навсегда, и я был искренне этому огорчён. Я написал ему СМС со словами, что меня было очень жаль, что всё так получилось. В «Юнайтед» не было никого столь же влиятельного. Будь я маленьким в его время, он был бы моим кумиром. Это благословение играть вместе с ним.

Он был великим игроком – тут никаких сомнений. Это потрясающе динамичный и заряженный полузащитник, кидающийся в дикие подкаты. Его главным талантом было умение поднять планку стандартов невероятно высоко и заставлять всех в клубе выкладываться по максимуму. Мы смотрели на него и чувствовали себя предателями, если где-то недорабатывали.

Став тренером, он придерживался тех же стандартов. Были скандалы после того, как он запрещал играть тому, кто опаздывал. А что в этом такого? Он не просит игроков играть, как Пеле, просто приходить вовремя.

Рой не ладил со всеми – такой уж он был человек. Он ссорился с Тедди Шерингемом и порой заходил слишком далеко. Попало и Филу за мелкую оплошность. Тогда Рой просто толкнул его что есть силы, но впоследствии хотя бы извинился. Он был жёсток, но никогда заносчив. Он умел извиняться за свои поступки.

Он – редкий пример человека, который напоминал кастрюлю с постоянно кипевшей водой. Он постоянно был на грани кипения. Тренер так же. Не понимаю, как у таких людей выдерживает сердце. Я уставал от одного взгляда на них. Но они – настоящие победители.

Тренер говорил, что Рой воплощал его самого, но на поле. Но нельзя принижать обоих, приписывая им в главное качество приступы ярости. Они оба очень умные люди, которые никогда не переставали меняться и учиться.

У Роя было отличное, хоть и чёрное, чувство юмора. Предугадать ход его мыслей было невозможно. Я постоянно смеялся над его словами. Говорили, что он часто переходил черту – критиковал фанатов (своими словами о поедании сэндвичей), наезжал на партнёров. Но если вам это кажется чем-то шокирующем, то только потому что в футболе слишком мало кто говорит то, что думает и не боится последствий. Я не всегда с ним соглашался, но я всегда уважал его как футболиста и человека. Он один из великих.

Через пару недель босс предложил мне капитанскую повязку. Мне – стать капитаном «Юнайтед». Я никогда не преувеличивал значения капитанства – оно не делает игроков лучше, но это огромная честь, особенно для парнишки, который всё детство провёл на трибунах «Олд Траффорд».

Капитану не дают специальных заданий. Капитан не обязан произносить речи перед каждым матчем. Это – задача тренера. В основном капитан – это честь, при этом колоссальная. Я жалею только о том, как стал капитаном.

Команда пережила сложный этап, как всегда. Ещё одна легенда на выход. Такое могло случиться с любым.

Прежде чем всё вернулось к норме, ситуация только ухудшилась. Моей первой игрой в новой роли стала выездная встреча с «Бенфикой» в ЛЧ. Хуже результата не придумаешь. Чтобы остаться, мы нуждались в победе, но в результате мы проиграли со счётом 2:1. Шум был невероятный.

Это было худшее выступление в еврокубках за мою взрослую карьеру. Дошло до того, что все начали в открытую ставить под сомнение способности босса. В себе сомневались и мы сами. Мы с Гиггзом обсуждали то, как вернуться к былому «Юнайтед». Паники не было, но мы с трудом верили в то, что сможем стать чемпионами, не говоря уже о ЛЧ.

В январе 2006-го случился ещё один провал – мы сыграли в безголувую ничью с «Бёртон Альбион» в Кубке Англии. Тренер выпустил на второй тайм Руни и Роналду, так плохо мы играли.

У нас была ровна одна причина радоваться – победа над «Ливерпулем». Тогда я по понятным причинам просто с катушек съехал и отправился отмечать у сектора гостей на «Олд Траффорд». Столько нервов, столько давления – не удивительно, что я выпустил пар в тот момент. Футбольная ассоциация, однако, мою сторону не приняла и решила меня оштрафовать. Что за ересь? С каких пор это нарушение праздновать гол? Тогда я описал видение Ассоциации идеального футболиста: «робот, лишённый страсти и эмоций – это современный футболист».

Стало ещё смешнее, когда я давал показание после того, как в суде показали видео моих празднований. Какой-то старый пердун спросил меня относительно «сексуальных намёков» в моих движениях рук по отношению к фанатам «Ливерпуля». Я не мог поверить своим ушам. Сексуальных намёков?!

В итоге меня оштрафовали на 5 тыс. фунтов.

Это бред, но я готов заплатить столько же и больше, лишь бы повторить то чувство. Я ради этого играю в футбол, ради моментов, когда радость бьёт ключом. Победа в последнюю минуту за «Юнайтед» просто окрыляет.

Пусть штрафуют сколько хотят, никто не мог отнять дикое напряжение от игр с «Ливерпулем». Да, тренер тоже считал, что на моё выступление влияют эмоции, что пару раз я слишком рьяно пытался сыграть хорошо. Как-то перед матчем на «Энфилде» он даже попросил меня успокоиться.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


«”Гари Невилл – красный, и он ненавидит скаузеров” это здорово, но будет только вред, если ты начнёшь ошибаться. Расслабься, играй как обычно. Никто не умрёт на поле», - сказал Фергюсон. [Речь идёт о популярной кричалке Gary Neville is a Red and he hates Scousers – прим. переводчика]

Спустя месяц мы выходили на матч на «Энфилде». Я был готов к потоку оскорблений, но не Гарри Кьюэллу, который накинулся на меня как только прозвучал свисток. Кьюэлл отчаянно пытался выиграть любовь охладевших к нему фанатов. Поднявшись с земли, мне оставалось только интересоваться у него, не принял ли он таблетку для смелости.

В тот день мы проиграли и попрощались с Кубком Англии. Вылетели мы и из Лиги чемпионов, а «Челси» без проблем приближался ко второму чемпионскому титулу.

Только Кубок Лиги отделял нас от полного фиаско. Для клуба уровня «Юнайтед» сам этот факт говорит о том, как низко мы опустились. Но в этот момент случился переломный момент, и после уверенной победы над «Уиганом» в Кардиффе со счётом 4:0 мы завоевали трофей – первый для юного Руни. Не самый желанный кубок, но неплохое начало. Вдохновившись той победой, мы выиграли восемь из девяти матчей. «Юнайтед» возвращался.

Флэтч, О’Ши и Уазза становились всё шумнее. Наконец и они были готовы доказать свой талант и умения, и постепенно раздевалка становилась их территорией. Старички вроде меня и Гиггзи привыкали к роли на втором плане.

Другим признаком смены поколений стал уход Руда. Менеджер не поставил его на финал Кубка Лиги, выбрав Луи Саа. Это был признак ещё одного тяжёлого, но неизбежного расставания.

Руд уже долгое время выражал недовольство своим положением, нередко выплескивав свою злость на тренировке. Он накинулся на пару молодых и негативно сказывался на Роналду. Голландец нередко бесился, когда Криштиану не спешил с передачей. В конце концов он толкнул Роналду что есть мощи.

В нём всегда было много эгоизма, что он и не скрывал. Руд прямо заявлял: если команда выиграет 4:0, но он не забьёт, это будет для него провал. Такой уж он был, и этот подход сделал его таким хорошим нападающим. Но на горизонте замаячила новая сила: Роналду.

Руд был лучшим бомбардиром, с которым мне удалось поиграть. Я считаю, что он лучше Ширера. Оба обладали потрясающей точностью и редко смазывали моменты, но Руд, как мне кажется, лучше работал ногами. Он мучал защиту даже в одиночку. Зная Руда, он был только рад бороться в одиночку в окружении соперников – так никто не украдёт его гол.

Но он ушёл – в тот же сезон, что и Рой. Это сильно повлияло на команду. В очередной раз тренер продемонстрировал своё желание принимать тяжёлые, смелые решения, чтобы клуб не стоял на месте. Он освободил пространство для Руни и Роналду. Но мы до сих пор не были уверены, сможем ли помешать гегемонии «Челси» на английских полях.

Свен

Мне тяжело вспоминать ЧМ-2006 и думать о том, что именно он стал моим последним международным турниром. Не так надо покидать сборную. Тот турнир у нас помнят больше по жёнам футболистов, чем по самому футболу. И да – очередные незабитые пенальти.

Ума не приложу, как мы позволили теме жён футболистов так разрастись. Эта проблема всегда была неприятным дополнением эпохи Свена, но к 2006-му ситуация попросту вышла из-под контроля. Ещё в Португалии жёны и подружки регулярно посещали клубный отель, но ситуация только ухудшалась.

Я вот не могу понять этой звёздной шумихи, хоть ты убей. Были люди, для которых большой турнир казался фоном для гламурных фотосессий, а не большим спортивным мероприятием. Свен хотел, чтобы в команде была атмосфера расслабленности, но со временем этот подход породил монстра. К немецкому чемпионату мы были не просто расслаблены – мы были беспечны.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Я никогда не понимал культуры папарацци, но тут я оказался в самом её центре. В «Юнайтед» тренер всегда настаивал на том, чтобы мы разделяли личную и профессиональную жизни. В Баден Бадене всё было наоборот – семьи и журналисты вообще жили в одном отеле!

Стоило мне выйти из отеля, как меня окружали камеры журналистов. Я боялся вернуться. Я не приехал в Германию, чтобы даже простой ланч с семьёй проходил под пристальным вниманием прессы.

Чем дольше это продолжалось, тем больше я жалел о том, что семья приехала в Германию. Я рассказывал им о моих заботах, о сомнениях в партнёрах по сборной. Да, во всём следует винить прежде всего Свена, но игроки тоже заслужили свою порцию критики.

За Англию сложно выступать и без посторонних факторов. Важно иметь незамутнённую голову на плечах. В конце концов, это далеко не самая плохая работа. Очень тяжело проводить столько времени вдали от родных, но лучшие игроки всегда оказывались в выигрыше. Нас хорошо компенсировали за время вдали от дома.

Я раздражался каждый раз, когда выслушивал очередные расказни о том, как кому-то надо навестить жену, подружку или детей. Надеюсь, сейчас этим людям стыдно. Вас нет месяц и да, это нелегко. Я понимаю, что вы скучаете по детям, но есть время и место для визитов – один вечер после матча.

Был у нас один парень, который за пару дней до четвертьфинала против Португалии заявил, что у его дочери день рождения, и ему надо наведаться в семейный отель, где уже подготовлен торт. Пара-тройка ребят использовали его отмазку для того, чтобы тоже куда-то сбежать. Дело было так плохо, что я и другие отправились к Свену и пожаловались на сложившуюся ситуацию. Менталитет сборников был неописуем – в «Юнайтед» такого бы никогда не случилось.

Я опасался за концентрацию в команде, и по делу: в массажной комнате я услышал, как кто-то жалуется на то, что в газете кто-то нелестно о нём отозвался. Если кто-то печётся о ерундовой статье, каковы шансы у всей команды чего-то достичь?

Меня волновали не только жёны – вся команда стало пресной и предсказуемой. Я был уверен, что Свена стоило оставить после Евро-2004. Мы быстро сменяли тренеров до этого – Венейблс, Ходдл и Киган – и Футбольная ассоциация стремилась вернуть стабильность. Пока Руни не травмировался во время противостояния с Португалией, мы двигались уверенно вперёд.

Но мы продолжали полагаться на стабильный неменяющийся состав. Звёзды гарантированно попадали в состав независимо от того, как кто выступал. Во время квалификации Бэкса поместили на роль «квотербека» в центр полузащиты в матчах против Уэльса и Северной Ирландии. Команда пострадала, потому что всё делалось не ради неё, а ради известных имён. Я не против полузащиты, состоящей из трёх игроков (я даже «за»), но та затея была только ради того, чтобы Бэкс, Джеррард и Лэмпард все могли играть вместе.

Квалификацию я пропустил из-за травмы, но даже по телевизору раздражение наших ребят было практически осязаемо. Все отборочные матчи прошли максимум «хорошо», не было никаких выдающихся моментов. Слишком многие пеклись только о себе.

В полузащите у нас играл квартет Бекхэма, Джеррарда, Лэмпарда и Коула, а спереди играли Оуэн и Руни. Все тянули одеяло на себя, хоть и сами этого не осознавали. Но проблему не решали, ведь была забетонированная основа, и ничего не могло поменяться.

Я делился своими опасениями со Стивом Маклареном, помощником Свена. «Нам нужно строить команду. Нам нужны те, кто сплетёт игроков в ладный коллектив. Не все могут быть генералами».

Мы слишком полагались на звёзд, и вся страна переживала, когда и Уазза, и Майкл получили травмы. К началу турнира Майкл с трудом отыграл пять месяцев, а Уазза и вовсе не мог участвовать в ЧМ с самого начала. Да, тренер хотел позволить им как можно быстрее восстановиться, но его решения только иллюстрировали то, как мало он верил в их сменщиков.

Когда Свен объявил стартовый состав, всплыла ещё проблема – он решил проигнорировать Джермейна Дефо. Дефо, который играл превосходно, был заменён Тео Уолкоттом, о котором я чуть ли не впервые услышал. Ему было 17, и он даже в составе «Арсенала» не закрепился. С одной стороны, я был рад, что талантливая молодёжь попадает в сборную, но с другой, он ещё был мальчиком, не готовым к серьёзному турниру.

Увы, почти все страхи сбылись. Мы победили Парагвай, но сделали это невнятно. Затем был бит Тринидад и Тобаго - тоже не без проблем. Руни всё ещё пытался вернуть себе форму.

Затем я травмировался на тренировке, и у Свена появилась новая головная боль – найти замену на правый фланг. Представьте себе состояние Свена, когда он придумал поместить туда Бэкса! План был странным: он хотел добавить скорости, поставив направо Аарона Леннона. Это правильно, но Бэкса он убирать напрочь отказывался.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Свена ужасно пугала перспектива остаться без звёздного игрока, будь то Бэкс, Лэмпард, Джеррард или Оуэн. Но это было неминуемо – ради всей команды. Более того, если бы проводилась ротация, все бы игроки тренировались по максимуму, надеясь пробиться в команду. Со Свеном мы, однако, привыкли к одному и то же. Больше всего его пугала суперзвезда на лавке запасных.

Я же считал, что в переменах нуждался не только состав, но и формация. Три в полузащите плюс помощь запасных помогли бы команде сбалансировать себя, к тому же с нами наконец-то сыграл бы Майкл Каррик, о котором порой забывают даже поклонники «Юнайтед». Так нельзя – его альтруизм здорово сказывался на любой команде. Этим он напоминает мне Даррена Андертона. Но, конечно, большинство хотело видеть в футболке «трёх львов» Лэмпарда и Джеррарда, которые были практически несовместимы на поле. Мы должны были адаптироваться и заставить механизм команды работать. Но тренеров заботило другое.

Отчаянно нуждался в игровой практике и Оуэн Харгривз. Руни и Джеррард нуждались в фундаменте, который был бы заложен Харвризом и Карриком. И если ради работающей команды нужно было сказать «нет» некоторым игрокам – пусть.

Да, идти на такой ход мог только смелый человек, и на него были способны только по-настоящему классные тренеры вроде Моуринью, Капелло и Фергюсона. Они не боялись рисковать, даже если некоторые решения оказывались неверными.

Все эти мысли я и постарался передать Стиву. Не знаю, донёс ли он их до Свена. Это его дело. Я не обязан был ломиться в офис тренера, чтобы объяснить ему, в чём он не прав.

Но дальше всё стало только хуже. После ничьи 2-2 с Швецией мы возглавили таблицу, но потеряли Майкла. В этот момент национальная команда расплатилась за игнорирование Дефо.

Мы с трудом переиграли Эквадор с минимальным счётом. Справа играл Харгривз. Дальше нас ждала Португалия. Я вернулся, но переживал из-за выбранных Свеном игроков. В схеме 4-5-1 Руни оказался один на острие атаки. Джеррард с Лэмпардом страдали от плохой формы. Харгривз провёл выдающуюся игру в центре поля, но и он играл из последних сил. Нам недоставало скорости и остроты.

Уолкотт так и не принял участие в турнире. Логика отказывалась работать: даже в последние двадцать минут, когда команда отчаянно нуждалась в свежих силах, Свен не посчитал его готовым играть.

Затем удалили Уэйна.

Будем честны: Уаззу не сложно разозлить. Он взбесился из-за жёсткого приёма Рикардо Карвалью и жёстко ответил на него. Красная – без вопросов. Впоследствии было много скандалов из-за Роналду, который якобы подмигнул своим, будто сказав «молодцы, его мы отослали». Я момента не видел, и даже это и было правдой, мне всё равно. Руни получил свою карточку и без помощи Роналду.

И вновь пенальти. Беря во внимание нашу форму и общее состояние, я не был уверен в нашем успехе. Такой сценарий нам был не впервой – мы уже вылетали после серии одиннадцатиметровых. Мой скептицизм подтвердился, и мы попрощались с Германией.

Вот и всё. Мой последний Чемпионат мира. Обычно волна отчаяния после провальной игры накатывает позже, дома, но в тот момент я стоял на поле и был раздавлен. Очередной провал. Больше никаких шансов на успех. История циклична. Почему мы всегда всё себе портим? Разочарование было колоссальным, особенно после этой игры, ведь мы знали, что были способны на большее.

Дело в том, что в «Юнайтед» мы никогда не оставляем свои амбиции в раздевалке. Мы отдаём на поле самих себя, и даже после самых обидных, самых постыдных поражений мы успокаиваем себя тем, что мы сделали абсолютно всё возможное, чтобы победить. Вы оставались вдесятером, отправляли своего голкипера на угловой, мчались на врага, невзирая на риск. Можно проиграть, можно приехать домой в слезах, но во всяком случае наша совесть была чиста. В Англии… мы могли больше. И от этого ещё больнее.

Можете удивляться, но я не хотел ухода Свена. Он мне нравился, и я хотел, чтобы он преуспел с Англией. Его последний турнир оказался провалом, а он не шёл на риски – это правда. Но не надо думать о нём только как о человеке, который «слил» золотое поколение. Три четвертьфинала – не плохой результат, а нам всё равно не хватало глубины состава.

Вы можете критиковать Свена, но надо помнить и хорошее. Он был хорошим тренером – он нравился ребятам, и они были рады добывать для него победы. Виноват был как он, так и мы.

Свен подарил нам стабильность и достойные результаты. Не отличные, но приемлемые. Три четвертьфинала не вызывают у меня гордости, особенно в 2004-м, когда мы могли пройти в финал, но я не назову Свена откровенным провалом.

Во время своей прощальной речи он с трудом удерживал слёзы. Перемены ждали не только его – Бэкс решил снять с себя капитанскую повязку. Это большое, трудное решение, ведь он так любил эту ответственность. Он обожал руководить командой, и капитанство сделало его только лучше. Давление, однако, способно сломить другого, и он устал от груза ответственности. Он хотел свободы. Говорили, что с повязка защищала его от любых нападок, и люди стали забывать, что в команде он играл исключительно благодаря своему мастерству.

По пути домой мы обсудили его решение. Я советовал ему не спешить, но он уже всё решил. Когда Бэкс объявил о своём решении, он тоже сдерживал слёзы. Он любил национальную команду и страну всем сердцем.

Феномен Роналду

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Нельзя объективно взять и назвать лучшего игрока в «Юнайтед» за мою карьеру. Я сразу же готов назвать таковым Скоулзи, но а как же великолепие Петера Шмейхеля или харизма Эрика Кантона? Мне повезло играть с великими футболистами, но мало кто может похвастаться умением решать судьбу одного матча, как может Криштиану Роналду.

Он отличный парень. Многие видят в нём примадонну, и я их понимаю – он и правда огромное количество времени проводит перед зеркалом. Он не мог приехать или уехать, не убедившись, что выглядит идеально в своей футболке Dolce & Gabbana. Не будь он футболистом, он бы стал моделью. Но его самомнение оправдано – он и правда так хорош.

В раздевалке мы были просто зачарованы его трюками. Каждый день он посвящал двадцать минут специальным приёмам, которые выводили нас из себя и просто поражали. Я просто не мог понять, как он вытворял некоторые приёмы, например, обманный удар, который укладывал защитников на землю в то время как он даже не расставался с мячом. Он одновременно танцевал диско и жонглировал мячом. Он был влюблён в мяч и в футбол. Несмотря на все отличия, он бы превосходно вписался в нашу молодёжку, поскольку его основными качествами было трудолюбие и желание практиковаться без конца. Вам не стать таким игроком без серьёзной рабочей этики.

Возьмём, к примеру, штрафные. Его фирменный удар не существовал по его приезду к нам, но со временем он изобрёл и довёл до совершенству свою технику. Всё – благодаря часам и часам усердных тренировок.

И он был отважен. Он всегда боролся за мяч, даже на него накидывались защитники.

Пожалуй, раздражало меня только одно: его частое нежелание делать пас на меня после того, как я прибегал к штрафной соперника. Я шутил, что он прикончит меня: столько километровых пробежек, и хоть бы один пас! Но как я могу злиться, когда он вытворял такое?

Никто не сомневался в его таланте, но именно после Чемпионата мира 2006 и того подмигивания он по-настоящему здорово заиграл. С тех пор он всегда играл потрясающе, но мне кажется, что именно сезон 2006/07 у него по-настоящему задался. Тогда весь мир увидел, каким гением он был на самом деле.

Может, ЧМ помог ему сосредоточиться. Ни я, ни Уэйн на него не сердились после того поражения от Португалии. После матча я зашёл в раздевалку португальцев и пожелал ему удачи. Почему нет? В чём он провинился? Он подмигнул. Ну и? Он хотел выиграть Чемпионат мира.

В лагере «Юнайтед» этот момент никого не заботил, но болельщики и СМИ не давали ему покоя. К счастью, Роналду ответил им самым лучшим образом – окончательно доведя свою игру до совершенства. Если раньше он страдал от лишних действий, ненужных финтов, то теперь всё будто сошлось, и его игра достигла пика. Его пасы стали нереально точными, а игра – более жёсткой и зрелой. Он вырос, как ментально, так и физически.

Он перестал быть вингером и стал потрясающим центрфорвардом, который переигрывал защитников на втором этаже. Можете удивляться сколько хотите, но именно гол головой я считаю его лучшим в карьере.

Был апрель 2008-го, мы играли в Лиге чемпионов против «Ромы». Он был хорош, прекрасно пасовал. Но именно завершение атаки запомнилось мне навсегда: Скоулзи запустил кросс, который вроде бы ни к кому не летел. Затем Роналду ворвался в штрафную, как поезд, прыгнул в духе Майкла Джордана и забил, как Джо Джордон. Мяч был далеко, но ворота влетел со скоростью пули. Из аккуратного вингера Криштиану стал неостановимой атакующей силой, которая сметала всё на своём пути. Лионель Месси очень талантлив, но Роналду опасен везде – в том числе в воздухе.

Главным признаком прогресса стала его нацеленность играть на команду. Может, помогло осознание того, как его защищал «Юнайтед» тогда, когда все на него накинулись. В 1998-м году фанаты на «Олд Траффорд» стали любить Бэкса только больше после того провала на ЧМ. Вся страна ополчилась против него, но не наши ребята. Так же и тут. Болельщики увидели, как он отреагировал, и поддержали его.

Роналду заслужил, что бы вокруг него строили команду, хоть он и не так радостно бежит в защиту, как, например, Уазза. В «Юнайтед» нападающие всегда отрабатывали в обороне, но таких монстров, как Роналду, можно было простить. Он не был как все и заслуживал специального отношения. Освободив его от защитных обязанностей, мы позволили ему сохранить всю энергию для разрушительных рейдов штрафной соперника.


Раньше мы не любили команды, которые менялись флангами без особой на то причины, но мы научились использовать этот трюк для достижения большего разнообразия в нашей игре. Роналду стал нашим главным оружием.

Победа в АПЛ в 2007-м после трёх сухих сезонов была чем-то невероятным. Клуб добился многого, но победить спустя столько сезонов сомнений и страхов было потрясающе. Первые шесть месяцев того сезона стали для меня лучшими за всю мою карьеру – не считая требла.

Команда была превосходно сбалансирована. Неманья Видич сформировал непроходимый дуэт с Рио Фердинандом. Патрис Эвра из Франции стал отличным усилением – спасибо всевидящему боссу. Были отличные новички и опытные ветераны, которые хотели доказать свою значимость после неуспешных лет в Премьер-лиге. Роналду и Руни были на пике формы. Прошли годы неуверенности и настала новая эра.

Началось всё с разгрома «Фулхэма» 5-1, и впервые за долгое время «Челси» стал чувствовать сильное давление. Я многих удивил своими словами о том, что Моуринью навязали подписание Михаэля Баллака и Андрея Шевченко. Я был рад любой проблеме наших главных соперников.

К Рождеству мы проиграли только дважды, что было заметным улучшением нашей прежней формы. Мы становились всё лучше, а «Челси» смотрелся иначе. Неудачной только получалась традиционная гулянка на Рождество, когда к концу вечера арестовали нашего юного защитника Джонни Эванса.

В газетах всё дело расписали так, будто у нас была дикая оргия. Да, погуляли мы знатно, но это нормально для «Юнайтед» в рождество. Я горжусь своим профессионализмом, но наши вечеринки тоже заслуживают признания.

Традиционно рождественские гулянки футболистов считаются признаком всего плохого, что есть в футболе – алкоголь, агрессивное поведение, пафос зажравшихся примадонн. Но я считаю, что для команды такие моменты тоже важны.

Раньше мы часто захаживали в паб «Грэйпс» в Манчестере. Им владела Вера Дакворт. Мы приглашали моего учителя по игре на гитаре и весь вечер пели всем составом каверы известных песен. В итоге мы напивались и вовсю орали излюбленные кричалки «Юнайтед». Я очень любил эти вечера.

Это безобидные забавы, хоть и иностранцы иногда нас не понимали. Они предпочитали казино, но я никогда не пропускал эти моменты отдыха.

Впоследствии мы стали посещать места попрестижнее, вроде отеля «Грэйт Джон Стрит». Я всё организовывал в надежде, чем там нас не достанут вездесущие объективы папарацци. Да, там было много девушек, как и одиноких парней. Это не был притон какой-то, как утверждали журналисты. Бедного Джонни банально подставили – мы с самого начала знали, что паренёк ни в чём не был виноват. Обвинения были необоснованные, но газетчикам многого не надо.

В глазах тренера команде был нанесён урон. Он вызвал всех и начал орать, угрожая оштрафовать каждого из нас. Я осознавал, что пострадал престиж клуба, но в то же время я был представителем профсоюза. Я попытался вставить своё слово, объяснив, что несправедлив винить всех и каждого. Я всё организовал, и я был виновен. Я знал, что Джонни был не при чём.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


Впоследствии я не раз начинал это разговор, но тренер твёрдо стоял на своём. Он всё решил – никаких вечеринок на Рождество.

И это была не единственная моя стычка с боссом в том сезоне. Первый раунд плей-офф Лиги чемпионов свёл нас с «Лиллем», а тренер что-то не поделил со коучем французов Клодом Пюэлем. Матч был сложный, и всё только накалилось после того, как Гиггз забил со штрафного, не дождавшись свистка рефери. Всё было по правилам и вообще очень ловко придумано, но французы были в ярости. Нажаловавшись судье, они начали уходить с поля. Я глазами своим не мог поверить.

«Ну блин, давайте уже играть будем», - я пытался вразумить их капитана по дороге к бровке поля.

Боссу это не понравилось – он вскочил и заорал на меня: «Невилл, ты что творишь? Возвращайся обратно!»

А что я – я пытался вернуть всё в прежнее русло, образумив их капитана. Мы выигрывали, и я хотел доиграть матч.

Я не сдержался и сорвался на босса: «Пошёл на […]» крикнул я ему.

За свою жизнь я многих посылал, но босса, сами понимаете, никогда. Игра возобновилась, но я понимал, что мне это с рук не сойдёт.

Вернувшись домой, Гиггзи попытался уговорить меня извиниться, но я так и не успел этого сделать – меня уже позвали в офис тренера. Я ждал очередного промывания мозгов, и не ошибся. Он прошёлся по мне, оштрафовал на недельную зарплату и послал восвояси.

Нам предстояла встреча с «Фулхэмом» в гостях, и я только смеялся, когда обнаружилось, что в Лондон я приехал смотреть матч с трибун. Даже скамья запасных была слишком хороша для меня. Я понимал, почему он так поступил – я должен был усвоить урок. Но наш босс всегда объяснял, почему он не ставил на игру того или иного футболиста – это была его особенность. Все мы слышали, как в некоторых клубах состав объявляется за час до матча без всяких объяснений. В «Юнайтед» если кто-то играл в основе, но не попадал на следующий матч, он всегда получал личное и детальное объяснение от босса. Он превосходно поддерживал контакт со своими подопечными. Причины отстранения от основы могли быть неприятны, но во всяком случае он был честен и прямолинеен.

«Мне нужны высокие ребята, поэтому я поставлю в основу Уэса [Брауна – прим. переводчика] и [Джона] О’Ши. Мне нужные высокие ребята», - сказал он мне.

Я не смог сдержать смех.

- Босс, вы ставили меня в центр против «Безумной банды» «Уимблдона», когда мне был 21 год. Я сдерживал Дункана Фергюсона в финале Кубка Англии.

- Нет, Гари, у «Фулхэме» очень опасные стандарты.

Представьте моё состояние, когда мы обнаружили, что слева у них играет Алексей Смертин с его метром с кепкой.

«Наверное, я мог и тебя выбрать», - сказал босс в раздевалке, не сдерживая смех.

Через три дня мы отправились в «Рединг», где я опять наблюдал на действом с трибун. «Зачем вы меня взяли? Я мог тренироваться дома», - спросил я его.

Поездка была тратой времени, но босс должен был напомнить о том, что все решения принимает он. Его авторитет был неоспорим. Больше я на него не ругался. Он как следует меня наказал, как он делал всегда, особенно тех, кто прошёл через академию.

Мне всегда казалось, что местных ребят он всегда наказывал жёстче. Может, наши проступки казались ему обиднее, потому что мы все были свои. Я не чувствовал своей вины после матча с «Лиллем», но я понимал, что с боссом лучше не ссориться. В противном случае я мог распрощаться с футболом надолго.

Как бы я ни был обижен, я был рад нашей важной победе на «Крэйвен Коттедж» со счётом 2-1. Такие матчи посреди февраля мало кто запоминает, но на самом деле это та победа значила очень многое. Мы чуть не потеряли важнейшие очки, когда Роналду единолично сотворил очередной чудо-гол. Великие игроки могут лишить ход схватки в последние минуты матча. Это был ещё один пример, когда Роналду делал то, что не могла сделать вся команда.

Босс вернул меня неделей после, когда мы готовились играть на «Энфилде». Ещё одна важнейшая победа в, по сути, чемпионством матче. Мы выдержали все набеги «Ливерпуля», а затем Джон О’Ши отметился голом в самом конце, который не только решил исход встречи, но и залетел прямо перед трибуной самых яростных поклонников красных.

«Ты только что испытал то, о чём я мечтал всю жизнь», - сказал я ему после игры.

Мы были счастливы и готовились стать чемпионами – во многом благодаря игре Роналду. Я не видел Джорджа Беста в действии, но я с трудом верю, что он дотягивал до уровня Криштиану, который проводил свой лучший сезон. Часть меня хотела отдать ему медаль, поскольку он заслужил её больше. Так было только один раз с Кантона и Шмейхелем в сезоне 1995/96.

Мы наслаждались нашим триумфом впервые с сезона 2002/03. Восемнадцать сезонов назад вся страна списывала нас в утиль и не верила в способность босса вернуть нам славу. Даже мы порой задумывались, не было ли это началом постепенной деградации. «Челси» столько тратился, выглядел так внушительно, что мы не могли об этом не думать. Но мы выиграли, и решили отметить это событие как следует. Эмоции были невероятные – на уровне 1996-го и требла в 1999-м.

Радость смазала только травма, которая не дала мне сыграть в последних десяти играх и заставила ковылять к кубку вместе с Гиггзи. Было обидно – я был в тонусе и наслаждался статусом капитана и самим футболом. Ещё не скоро я осознал всю серьёзность повреждения.

Когда я получил травму в марте, я и не думал, что это что-то серьёзное. Было больно, но и всё. Тогда я пытался вернуть мяч, который отыграл Рио. На меня со всей силой нёсся Гари Спид, который в итоге и сбил меня со всей силы.

Не лучший подкат, но ничего особенного – он пытался заявить о себе в самом начале выездного матча. Весь его вес пришёлся мне на лодыжку, повредив при этом связки.

Это был день рождения моей жены, и мы запланировали поход в ресторан, но я не мог двинуться. Было ужасно. Мне наложили лёд, чтобы нога не распухла, но это не помогало. Мне пришлось просить клубного врача дать мне обезболивающие. «Кажется, лодыжка сейчас взорвётся», - процедил я ему через зубы.

Я был уверен, что вылечу на десять-двенадцать недель – никак не семнадцать месяцев! Я старался вернуться к финалу Кубка на новом «Уэмбли», где нас переиграл «Челси». В начале мая я попытался потренироваться вместе с физиотерапевтом, но протянул около трёх минут.

С моей лодыжкой было что-то не так, и я согласился на операцию. Они высосали из ноги всякую дрянь и подкорректировали две кости. Я жаждал вернуться к сезону 2007/08 и нещадно вкалывал в реабилитационном центре. Даже в отпуск я всё время проводил в тренировочном зале.

Мы начали предсезонку, но меня всё равно что-то беспокоило. Я будто бежал иначе, и у меня постоянно что-то болело – то икры, то пах, то бёдра. Одна проблема за другой. Я набирал форму, возвращался в резервы – и всё по новой.

Когда я был моложе, я пренебрежительно смотрел на Дэвида Мэя, Ронни Йенсена или Луи Саа. Я думал: «неужели они не могут вернуться в форму. Всё у них нормально». Теперь именно я сидел с пачкой льда в обнимку после тренировки. Теперь я принимал ледяную ванну или звал доктора с противовоспалительными средствами.

Я редко думал о травмированных, но тогда я начал понимать, как это тяжело сидеть с травмой. Ты теряешь время, теряешь веру в себя. У всех отличное настроение, они радуются новому сезону, но травмированный игрок сидит один в тренажёрном зале. Сидит и постоянно боится новых рецидивов.

Перед Рождеством я принял участие в нескольких играх резервистов. Уже несколько недель я нормально тренировался. Как-то утром Карлуш сказал мне: «Здорово, что ты снова с нами, Гари».

В воскресенье мы проводили стандартную тренировку, небольшой матч. В первые двадцать минут я чувствовал себя не в своей тарелке. Я сделал пару пробежек, и сдала голень. Я повредил мышцу, что означало ещё пять недель. Но психологически ущерб был даже больше. К восьми месяцам прибавилось пять недель.

Мне старались подбодрить. «Это всего лишь небольшая растяжка», говорили мне. Но я думал о том, что даже не отошёл от первого повреждения. Два шага вперёд, четыре назад.

В итоге я даже не был уверен, что хотел возвращаться в том сезоне, хотя к весне я был близок к восстановлению. Ребята были в хорошем расположении духа после успешного сезона, но я боялся подвергать их риску. Ни один тренер не рисковал бы командой, которая нацелилась на требл.

Я радовался за клуб. Не сомневаюсь, что есть те, кто после травмы желает своей команде неудач, как и своему сменщику. В Англии такое бывало. Но в «Юнайтед» было мало обиженных и обозлённых ребят. Ещё с детства нас учили не жалеть себя. Я был рад наблюдать за успехами «дьяволов» без меня.

Я ещё не был уверен в себе, когда тренер поставил меня запасным. Был апрель 2008-го, тринадцать месяцев после травмы. Я вышел на четвертьфинальный матч против «Ромы». «Ты будешь играть в центре полузащиты», - сказал тренер. Этого я не ожидал, как и оваций на стадионе в мою часть.

Мне было неловко, но очень приятно. Всё это – ради меня? Я хотел вписаться в игру, взять мяч и успокоиться. Было невероятно приятно видеть такую благодарность от болельщиков. Меня долго не было, но в тот момент я был благодарен тем долгим одиноким часам, проведённым в тренажёрном зале.

За тот сезон я сыграл девять минут, поскольку тренер (разумно) решил довериться тем, кто помогал команде на протяжении всего года. Если бы не глупое поражение от «Портсмута» в Кубке Англии, мы бы сделали то, во что я не верил – повторили бы требл.

После «Ромы» в полуфинале мы противостояли «Барселоне» с Это’о, Иньестой, Деку и Месси. Стоит отдать должное Карлушу – победа над каталонцами стала его главным достижением в клубе. Тогда сказалась его техническая подкованность и уроки.

Годами тренировки были посвящены тому, как мы играли, но Карлуш был одержим «Барселоной». Никогда ещё столько внимания не уделялось деталям. Он помечал каждое место, где мы должны были располагаться, и муштровал нас вновь и вновь, часто медленно объясняя нам тактику, расхаживая с мячом в руках.

Задачи были простыми: Роналду спереди, Карлос Тевес держит Яя Туре. Джи-Сун Парк и Руни по сторонам. Благодаря трудолюбивым вингерам защите стало легче. Сложнее всего пришлось Скоулзу и Каррику – им нужно было идеально синхронизировать свои движения так, чтобы находиться именно там, где того хотел Карлуш. Это сложно, но только так можно было помешать Деку и Хави поставлять мячами Это’о.

Против «Барселоны» играть очень сложно, и мы перекрыли все потенциально опасные зоны. Они были во многом лучше нас, и мы были просто обязаны «задушить» их игру.

Мы надеялись, что в первом матче Роналду сможет их подловить, но тактика не сработала, а он не забил ранний пенальти. Но благодаря Карлушу мы продемонстрировали мастер-класс по командной обороне.

Помощник может сильно влиять на команду. Тренер перекладывает на его плечи большую ответственность – так было с Брайном Киддом, Стивом Маклареном и теперь с Карлушем Кейрушем. Нам было плохо в моменты, когда у босса не было ассистента такого уровня. Карлуш порой суховат в своей манере тренировки, но мы научились вести игру именно у него.

После нулевой ничьи на «Камп Ноу» мы вернулись на «Олд Траффорд» с верой в свои силы. Ответный матч был тяжёлым, но чудо-гол Скоулза всё решил. Потрясающий удар от потрясающего игрока в самый важный момент. На протяжении 180 минут «Барса» не могла забить – очень мало кто может похвастаться таким результатом за пять лет. И вот впервые за девять лет мы в финале Лиги чемпионов.

Перед игрой против «Челси» в Москве вокруг ощущалась волшебная атмосфера. Я чувствовал, что развязка близка, и я верил в наши силы. Хотя я прекрасно понимаю, что многое решил тот момент, когда Джон Терри поскользнулся

Я был уверен, что мы победим. Я очень рад, что именно Гиггзи забил решающий пенальти – он заслужил этой победы больше, чем кто-либо. В тот день он вышел на поле в 759-й раз и побил рекорд Бобби Чарльтона. В этом весь «Юнайтед»: в 1999-м финал случился на день рождения сэра Мэтта Басби, а теперь такое событие. В таком клубе история везде.

Уже ночью после матча мы подарили Гиггзи часы в честь его рекорда. Я ненароком подумал, может ему стоило покинуть футбол сразу после финала. Как можно сравниться с таким великолепным завершением? Он стал самым заслуженным игроком клуба, самым преданным его слугой. Как можно превзойти такое достижение?

Но он легенда именно по той причине, что мысли об уходе даже не приходили ему в голову. Он любил футбол и не сдавал.

Его карьера уникальна в истории английского футбола. Весь мир рукоплескал преданности и стабильности Паоло Мальдини. Ну а Гиггз – наш Мальдини.

В его резюме не хватает только одного – финальных частей Чемпионата мира. Но с этим он ничего не мог поделать. Он часто отбивался от постоянных фраз о том, что ему следует играть за сборную Англии. У нас до конца верили, что он может перейти, ведь он играл за команду английских школьников. Но ничего не попишешь – он родился в Уэльсе и является стопроцентным валлийцем.

В истории было немало долгоиграющих футболистов, но следует учесть и его позицию, его нескончаемое желание бороться за каждый мяч. Он очень умный футболист, который до конца менялся вместе с игрой. Он научился играть в центре, под нападающим, даже в защите.

С возрастом менялся он сам так, чтобы никогда не потерять актуальность или ценность для клуба. Посмотрите, как он начал: сверхбыстрый вингер, бороздящий правый фланг. Потеряв скорость, он научился контролировать игру с центра поля, используя своё видение и интеллект. Он не потерял свой ценности и класса. Это Гиггз: он жёсткий, твёрдый человек, которому ни разу не пришлось повысить голос, чтобы заставить других относиться к нему с уважением.

Любому, кто играет после тридцати, нужна большая удача для того, чтобы избежать травм. Но и тут есть его заслуга: он невероятно ответственности относился к своему телу. Я, Гиггзи и Кино пробовали йогу вместе, но мы с Роем довольно быстро рассорились с учителем – ей надоело, что я не затыкался на протяжении каждого класса.

Когда речь заходит о величайших игроках «Юнайтед», Гиггз всегда на самой вершине вместе с Басби, Фергюсоном и Чарльтоном. Это особенные люди, пантеон богов нашего клуба.

Гари Невилл: Тот неловкий момент, когда я послал сэра Алекса на […]


«Манчестер Юнайтед» - это клуб, который ценит своих игроков и уважает их преданность. Как и любой другой, Гиггз тоже страдал от неудач и плохой формы. Но он справлялся со всем, а клуб всегда его поддерживал и никогда не терял веры в него.

Тренер тоже был абсолютно счастлив выиграть ЛЧ, ведь его из года в год донимали обвинениями в том, что мы плохо выступали в Европе. Он выслушивал эти жалобы до и после 1999-го, но в 2008-м он присоединился к элитному клубу тех, кто дважды добивался этого успеха. Только Боб Пэйсли добился большего. Пусть этот путь занял у нас девять долгих лет, тренер заслужил каждую похвалу.

В этот раз мы лучше справились с Клубным чемпионатом мира и стали-таки лучшей командой планеты. Этот трофей всегда важен для футболистов, но формат турнира плохо подходит болельщикам. В 1999-м году мы побили «Палмейрас», чемпиона Южной Америки, но теперь было странно играть в Японии не нейтральном поле. Гораздо лучше было бы сыграть два матча – один дома, а другой в гостях. Было бы здорово сыграть на стадионе яростной южноамериканской публики. Сейчас футбол по-настоящему глобальный вид спорта, и я понимаю, почему ФИФА стремится добавить азиатские и другие команды, но турниру всё равно не хватает масштаба, возможности для фанатов почувствовать вкус к игре. В Европе фанаты вообще особо не участвуют, поскольку матчи проходят в других часовых поясах. Это обидно, ведь это важный турнир, победой в котором гордятся все игроки. Для одного участия нужно победить в Лиге чемпионов.

Победа в 2008-м демонстрировала и то, каким невероятно гибким тренером был сэр Алекс. Команда 1994-го была чисто британской и мощной, 1999-го – более утончённой, а 2008-го – международной и европейской. Мы постоянно менялись и постоянно преподносили сюрпризы. Зачастую соперник даже не знал, кто у нас центрфорвард. Раньше босса обвиняли в прямолинейности, но теперь мы вбирали в себя всё больше новых идей.

Те, кто не мог оценить наш прогресс, постоянно сетовал на отсутствие «воина» в центре поля. Мы то и дело слышали: «Где же наш Робсон или наш Кин, где лидер?» Но где воин «Барселоны»? Роль неубиваемого героя осталась в прошлом. Команде просто нужны хорошие игроки. У нас было много цепких ребят в лице Флэтчера или Харгривза и волевых ребят вроде Скоулза, Гиггза, Руни, Роналду и Тевеса.

Мы бы, конечно, были только рады новому Кину, Инсу или Робсону, но игра меняется с каждым годом. Теперь важна ротация, разные стратегии и более научный подход. У нас была сильная команда, серьёзные соперники и постоянная нужда играть на пределе возможностей. К тому же босс нашёл Карлуша, который хоть и нудно, но эффективно построил новую команду, более смелую и агрессивную, чем когда-либо.

Требла не случилось, но сравнивать команды 1999 и 2008 годов не стоило. Я бы сказал, что в 90-х команда была более волевой, но в 2008-м мы могли похвастаться большей универсальностью и разносторонней игрой.

Мы умели добиваться успеха по-своему и умели останавливать соперника. Мы адаптировались в то время как тот же «Арсенал» так не мог. Они перестали казаться нам угрозой после 2005-го, поскольку с того момента мы всегда знали, чего от них ждать. Тренер всегда говорил так: остановите их, не дайте себя переиграть, и футбол придёт, а они сдадутся. Так и случилось в полуфинале ЛЧ сезоном позже. Мы расстроили их планы и – вуаля – на контратаке. Они так наивны. Они ничего не выиграют, пока не поумнеют.

Мы же учились, и в 2008-м добились своего. В тот вечер я вспомнил СМС, которую мне прислал Рой через шесть месяцев после того, как ушёл: «Руни и Роналду выиграют вам Лигу чемпионов. В то время мало кто в нас верил. Но он знал, как и тренер. У нас был целый ряд первоклассных игроков. И гений в лице Роналду.


Richard
ReDevils.ru


Комментариев: 0
Прочтений: 3775
Источник: Red: My Autobiography – Gary Neville
Информация

Комментировать статьи на нашем сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.
КТО НА САЙТЕ
Всего: 107 | Пользователей: 0 | Гостей: 107
- отсутствуют
  СЧЕТЧИКИ И ПАРТНЕРЫ
Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru

МАНЧЕСТЕР ЮНАЙТЕД В 
РОССИИ | MANCHESTER UNITED IN RUSSIA Русскоязычный сайт Арсенал Лондон
Copyright © 2006 "Russian Red Devils".
При заимствовании материалов сайта, гиперссылка на http://ReDevils.ru обязательна!
Связаться с администрацией можно на странице Обратная связь
Дизайн и разработка сайта - kingkill
Наверх